Ваш Адвокат
|
Юля и ее «собачки»
|
Спецсайт объявил войну хакерам
|
Крах Садальского
|
Жена банкротит Дерипаску?
|
Смотрите также:
 За кулисами «судебного прецедента»В связи с тем, что так называемое «дело Гаджиева», посвященное борьбе с недостатками судебной системы и, прежде всего, с волокитой и формализмом в Верховном Суде РФ, приобрело широкий общественный резонанс, корреспондент The Moscow Post взял интервью у известного московского адвоката Абдулы Гаджиева, создавшего прецедент в российской судебной системе. 
Напомним читателям, что Абдула Магомедович Гаджиев - адвокат с большим опытом работы в судебной системе. Более того, он 10 лет был судьей Верховного Суда Республики Дагестан, а до этого работал председателем районного суда и знаком с судебной проблематикой что называется «на высшем уровне», то есть не только снаружи, но и изнутри. Отметим, что недопустимый уровень волокиты с рассмотрением надзорных жалоб, который, к сожалению, наблюдался в Верховном Суде РФ, подтолкнул адвоката-правдолюба к отчаянному шагу, заключающемуся в том, что Гаджиев обвинил в халатности самого председателя Верховного Суда РФ Вячеслава Лебедева. Поскольку в редакцию нашей газеты приходит множество писем с просьбой разъяснить некоторые моменты этого «судебного прецедента», корреспондент The Moscow Post отобрал наиболее часто приходящие в редакцию вопросы и решил задать их лично адвокату Гаджиеву. - Абдула Магомедович, наши читатели интересуются, что побудило вас начать свой, ставший теперь знаменитым, судебный процесс? - Поводом послужил материал, который накопился у меня за последние 4 года по результатам обращений в Верховный Суд РФ. Положительного в моем адвокатском общении с главным судом страны за этот период оказалось, как ни прискорбно, крайне мало. Мне за указанный период часто приходилось обращаться в Верховный Суд с надзорными жалобами по уголовным и гражданским делам. Еще 5-6 лет назад адвокат, в принципе, мог добиться законного решения, если он был последователен и настойчив. Однако, за последние два-три года положение дел в надзорной инстанции Верховного Суда кардинально изменилось в худшую сторону. Если до этого Верховный Суд можно было ругать только за волокиту с рассмотрением надзорных жалоб, то за последние несколько лет институт надзорного производства практически сведен к нулю стараниями, как мне кажется, его председателя, который по закону отвечает за всю работу суда. Теперь стало правилом абсолютно формальное рассмотрение надзорных жалоб судьями и руководством этого суда. Полученные за последние два года постановления судей об отказе в удовлетворении надзорных жалоб похожи друг на друга, как близнецы. В них отсутствует конкретика, привязка к конкретной отклоненной надзорной жалобе, мотивы принятого решения. Поэтому такие постановления об отказе становятся обезличенными и их можно «пристроить» к любому делу. Факты возмутительной волокиты с рассмотрением жалоб, с которыми я столкнулся за последние 4 года и формализм, процветающий ныне в Верховном Суде, и побудили меня взяться за перо и инициировать процесс, с легкой руки журналистов названный «делом Гаджиева», хотя его правильнее было бы назвать «делом Лебедева». При этом хочу подчеркнуть, что во всех моих публикациях и жалобах ни в какой форме не затрагиваются принятые по моим обращениям решения надзорной инстанции. Для обжалования принятых по надзорным жалобам решений законом предусмотрен иной процессуальный порядок. Поэтому критике подвергались исключительно волокита и формализм, которые трудно отрицать – любой согласится с моими аргументами, если он ознакомится с накопленным у меня материалом и статистикой Верховного Суда РФ, которая доступна на официальном сайте Суда в сети Интернет. - К нам в редакцию приходит множество писем, в которых читатели интересуются, есть ли у вас чувство личной неприязни к господину Лебедеву? - Личной неприязни к господину Лебедеву нет и быть не может. Мы лично не знакомы. Вряд ли он помнит мои выступления на заседаниях Президиума, на которых он председательствовал. Ничего личного в наших отношениях нет. Я отношусь к нему как к высокопоставленному должностному лицу, работа которого опосредованно касается и нас, адвокатов, которых только в Московском регионе около 15.000. Чёткая работа Верховного Суда во многом является залогом успешности работы адвокатов, поскольку он задаёт тон в работе всей судебной системы. Если в главном суде нет порядка, работа адвоката начинает пробуксовывать. Своими обращениями я лишь добиваюсь чёткой работы Верховного Суда. Вот и вся подоплёка «неприязни». - Ваша позиция по отношению к работе Верховного Суда РФ всегда была столь критична или же вы помните лучшие времена? - По моему убеждению, качество работы Верховного Суда заметно ухудшилось за последние пять - шесть лет. - Какие причины послужили для этого? - Ослабление контроля над деятельностью суда, которую в соответствии со статьей 6-2 Закона РФ «О статусе судей в Российской Федерации» должен осуществлять его председатель. Отчасти считаю, что к этому привело полное отсутствие, в том числе и законодательное, какого-либо контроля за деятельностью Верховного Суда. За последнее десятилетие деятельность Верховного Суда никто со стороны не проверял. Данная процедура просто не предусмотрена. Поэтому Верховный Суд «сам себя проверяет и контролирует». В рамках задуманной Президентом Медведевым Д.А. судебной реформы хорошо было бы законодательно закрепить, например, право Федерального Собрания РФ контролировать деятельность Верховного Суда РФ. При этом речь не идёт о контроле за принимаемыми судебными решениями. - Вы можете привести нам конкретные примеры судебной волокиты, встречающиеся в вашей практике? - Конкретные примеры судебной волокиты я изложил в заявлении на имя Бастрыкина А.И. Эти факты должны быть предметом проверки, от которой Следственный комитет уклонился, в связи с чем я вынужден был такое бездействие СК обжаловать в Пресненском районном суде Москвы. А что касается фактов волокиты в Верховном Суде, то в моём заявлении приводились факты недопустимой волокиты с рассмотрением надзорных жалоб, которые рассматривались от трех до восьми месяцев, при норме один месяц по уголовным и два - гражданским. - Как вы оцениваете исполнение господином Лебедевым им своих служебных обязанностей? - Как недостаточное. Председателю следовало бы жестко контролировать деятельность судей и аппарата суда в части соблюдений ими вопросов, касающихся доступа граждан к правосудию, соблюдения установленных законом процессуальных сроков. Эти сроки являются пресекательными, они по усмотрению судей не могут быть изменены. Так называемое «усмотрение судьи» допускается при принятии решения по надзорной жалобе. Процессуальные сроки судьи не могут изменять. - Считаете ли вы необходимым проведение судебной реформы в России, о которой так много говорил Дмитрий Медведев, и какие бы изменения в нее принесли лично вы, будь у вас такая возможность? - Считаю, прежде всего, реформа должна предусмотреть жесткие правовые меры контроля за соблюдением сроков, поскольку волокита - это ограничение доступа граждан к правосудию. Реформа должна сделать правосудие более справедливым, чтобы судьи при вынесении решений руководствовались законом и совестью, что соответствует части 1 статьи 17 Уголовно-процессуального кодекса РФ. - Абдула Магомедович, скажите, что вас побудило написать открытое письмо президенту? - Побудила полная глухота всех тех инстанций, куда я обращался по поводу волокиты и формализма в Верховном Суде. Только к господину Лебедеву я обращался 11 раз. В Высшую Квалификационную коллегию судей РФ, Уполномоченному по правам человека в РФ и в Общественную палату РФ я обращался 2 раза. Лебедев мне не ответил ни разу, а ВККС РФ и Общественная палата ответили «оперативно» - через 7 - 8 месяцев. Вот тогда я и сел за открытое письмо. - Какой реакции вы ожидаете от Дмитрия Анатольевича? - Наведения порядка в деятельности Верховного Суда РФ. В Верховный Суд обращаются сотни тысяч людей в год, и правильное его функционирование затрагивает интересы огромного числа граждан нашей страны. Для сведения приведу несколько цифр, обнародованных Верховным Судом. Так, в 2008 году Верховным Судом рассмотрено 111.400 надзорных жалоб и представлений на приговоры и определения судов по уголовным делам и 90.332 надзорных жалоб и представлений по гражданским делам. Цифры впечатляющие. Правда, удовлетворяемость надзорных жалоб тоже впечатляет, но только своей мизерностью. Например, Судебной коллегией по гражданским делам в истекшем году изучено в порядке надзора 1550 гражданских дел, истребованных по надзорным жалобам и представлениям из 90.332 поступивших в Верховный Суд. Рассмотрено по существу в порядке надзора только 331 гражданское дело. Такая же безрадостная картина и с рассмотрением надзорных жалоб по уголовным делам. По 111.400 поступившим надзорным жалобам и представлениям изучено 1926 уголовных дел, рассмотрено 1154 уголовных дела общей подсудности в отношении 1226 лиц. При этом удовлетворены жалобы и представления по 1082 уголовным делам в отношении 1147 лиц. Удовлетворяемость жалоб колеблется в районе 1 процента от поступивших надзорных жалоб, как по гражданским, так и по уголовным дела. Много это или мало, судите сами. - Скажите, а чтобы лично вы сделали бы на месте Вячеслава Лебедева в данной ситуации? - В Конституции РФ, в Законе РФ «О статусе судей в Российской Федерации», УК РФ и УПК РФ прописано, как он должен поступить. А если говорить конкретно о проблемах института надзора, то я бы заставил судей качественнее работать над жалобами. Нельзя забывать, что оплата труда судей не сдельная, а повременная. От количества удовлетворённых жалоб высокая зарплата судьи никак не зависит. Он её будет получать и при формальном рассмотрении всех жалоб и поголовном отказе в их удовлетворении. А при удовлетворении жалобы над ней надо «ломать голову», мотивировать своё решение, обосновывать свои выводы, ссылаться на закон и т.д. От такого бремени судья себя легко избавляет, когда отказывает в удовлетворении жалобы. Вот одна из причин формализма в рассмотрении надзорных жалоб в Верховном Суде и «некрасивой» статистики, отражающей их мизерную удовлетворяемость. - Объясните нашим читателям, что лично вы хотите от председателя Верховного Суда? - Нормального функционирования подразделений Верховного Суда, куда мне часто приходится обращаться. Ни больше - ни меньше. - Абдула Магомедович, скажите честно, вы сами верите в свою победу? - Безусловно. Каждое слово, каждая буква, каждая запятая моих обращений мною выстраданы, а критика Верховного Суда основана на реальных фактах, подтвержденных документально. Им просто надо дать справедливую оценку. Вот такой оценки я и жду. В связи с тем, что поднятая мною проблема является социально важной и касается не только меня, а всех представителей адвокатского сообщества, надеюсь, что господин Лебедев должным образом обратит внимание на поднятую мною проблему. |
|
— БОРЬБА С КОРРУПЦИЕЙ – НЕ ДЕЛО РУК САМИХ КОРРУПЦИОНЕРОВ
/В поддержку адвоката Гаджиева А.М./
инициировавшего возбуждение уголовного дела
в отношении председателя Верховного суда РФ/
Объявленная борьба с коррупцией, как оказалось, не набирает оборотов,
и даже наоборот, так как борьба в основном сводится к выявлению и наказанию взяточников.
В соответствии с Федеральным законом, «О противодействии коррупции» от 25.12.08 года № 273, в понятие коррупции входит не только взяточничество, но и защита чести мундира, круговая порука, корпоративная солидарность и другие нарушения.
И мы адвокаты с этими признаками сталкиваемся ежедневно и не только в офисах чиновников, но и при исполнении своих обязанностей,
защищая права и свободы граждан в правоохранительных органах и судах.
Если борьба с чиновниками коррупционерами не представляет труда, то борьба с этими проявлениями в судах, сталкивается в непреодолимую преграду.
Например: Ст.26, ФЗ «Об органах судейского сообщества в Российской Федерации» от 14.03.02 года № 30-ФЗ, о том, что решение квалификацион-ной коллегии судей об отказе наказать судью нарушившего права и свободы граждан, не может обжаловать лицо, подавшее такую жалобу на действия судьи. Разве это не признак круговой поруки, но уже закрепленный Федеральным Законом!? Разве это не признак корпоративных интересов!?
Не стоит ли ревизию законов начать с ревизии законов о судебной системе!?
Вот уже два года добиваюсь наказания судьи Нефтекумского районного суда,
Сивцева, прокурора Нефтекумского района Степанова, следователя Ставропольской прокуратуры Наумова за незаконное уголовное преследование в отношении меня в течение 2 –х лет, за заявленные отводы судье при рассмотрении гражданского дела и получаю отписки. /Подробности уголовного дела в отношении меня с положительным исходом, изложены в статье: «Состязание судьи с адвокатом», на страницах Новой Адвокатской Газеты № 18 за 2009 год/
Судя по многочисленным жалобам и обращениям граждан, такая ситуация сложилась повсеместно.
Именно поэтому, инициативу моего коллеги Гаджиева А.М., иницииро-вать возбуждение уголовного дела в отношении председателя Верховного суда РФ, общественность восприняла как необходимый ускоренный шаг к срочным изменениям в судебной системе, так как действительно, уровень волокиты и формализма достигло высшего предела, начиная с низших звеньев судов до Верховного суда РФ.
Вопиющий случай формализма описал и президент Адвокатской палаты Московской области Алексей Галаганов в статье «С иском к председателю» на страницах Новой Адвокатской Газеты № 3 за 2009 год: «Он получил ответ на свою надзорную жалобу на следующий день после того, как подал жалобу».
Суды и кассационной и надзорной инстанции именно из корпоративных ин-тересов, покрывают незаконные и необоснованные решения судов нижестоя-щих инстанций.
Например, недопустимый конвейер в судах кассационной инстанции при
рассмотрении кассационных жалоб.
Объяснения лиц, участвующих в деле заслушивают в течение 5 минут, удаля-ются в совещательную комнату, и через короткий промежуток времени, возвращаются с готовым определением, и часто, об оставлении решения без изменения.
После получения отказа в Кассационной инстанции большинство граждан, теряют надежду в справедливость.
В редких случаях, удовлетворения кассационной жалобы, дело возвращается для нового рассмотрения в тот же суд. Кассационная инстанция всячески уклоняется от принятия нового решения, несмотря на все доводы, что судом первой инстанции исследованы все доказательства.
И вновь получаем решение об отказе в иске. И вновь обращаемся с кассационной жалобой.
Повторная жалоба, как правило, остается без удовлетворения.
Наиболее настойчивые доверители просят составить надзорную жалобу.
В случае, если надзорная жалоба попадет в руки молодому судье, которого
не затронула еще ржавчина круговой поруки, получаем извещение о том, что
дело направлено для рассмотрения в Президиум.
Пользуемся и этой возможностью защитить нарушенные права. Принимаем
участие. Отменили незаконные решения. Радуемся, наконец- то, что справедливость восторжествовала.
Президиум направляет дело на новое рассмотрение в тот же суд.
И вновь, другой судья того же суда, не решается подвести своих коллег.
И, несмотря на обязательность указаний Президиума на допущение судами не только норм процессуального права, но и норм материального права, отказывает в иске.
И так, порой, рассмотрение самых обычных и несложных гражданских дел,
длится от 1 года до 7 лет.
Если адвокат по уголовным делам вступает в уже начатое дело, то по гражданским делам, работа адвоката начинается с консультаций, советов,
с составления исковых заявлений или возражений.
Понятно, что ни один из адвокатов не заинтересован, в обращении, с необоснованным, иском, так как авторитет для адвоката, важнее, чем одноразовый гонорар.
Известно, что успех адвоката не зависит от гонорара, а зависит от его способности выполнить задачи, возложенные на него, оказать реальную помощь в защите прав и свобод граждан.
Судья же свое противостояние правосудию начинает с момента получения искового заявления.
В первую очередь, оставляет исковое заявление без движения, по различным причинам, часто, потому что он якобы не усматривает обстоятельств, на которых основаны исковые требования, так как они якобы не подтверждены,
доказательствами, несмотря на то, что доказательства исследуются только при судебном разбирательстве.
Доверитель смотрит с упреком, как же, ведь адвокатом составлено исковое
заявление.
Обжаловали определение. Отменили, вернули на рассмотрение, тому же судье, который оставлял исковое заявление без движения.
И вот, наконец: Встать, суд идет! Вздыхаешь с облегчением.
Нет, не от ожидания, что судья рассмотрит дело справедливо по закону, ведь он уже почувствовал себя ущемленным, отменой своего определения, а
от того, что заявление, наконец, принято к рассмотрению.
С первых фраз судьи, процесс судебного разбирательства превращается в процесс борьбы с адвокатом.
У доверителя тают надежды на защиту своих прав и на возможность защиты
со стороны адвоката.
Возможности судьи, для удовлетворения своих амбиций множество: Затягивание процесса, ненадлежащим обеспечением явки свидетелей, для обеспечения явки, которых, стороны испытывают затруднения. Отказы в истребовании доказательств, в представлении которых для сторон затрудни-тельно.
Отводы вопросов. Отказы в удовлетворении заявлений и ходатайств. Замечания адвокату. Угрозы и многое другое.
Цель одна, всячески препятствовать доказыванию нарушений прав довери-теля.
Доверитель шепчет: «Судья не дает вам, даже слова сказать». Дальше, продолжаешь добиваться правосудия, следуют, кассационная, и надзорные жалобы.
И как оказалось, по статистическим данным в Верховный суд РФ поданы 201732 надзорные жалобы только за 2008 год и являются, достаточными доказательствами того, что деятельность нижестоящих судьей не отвечает требованиям Федеральных законов о правосудии.
А удовлетворение всего одного процента, из этого огромного количества поданных надзорных жалоб, достаточный показатель неисполнения своих обязанностей судьями вышестоящей инстанции.
Кроме того, учитывая то, что жалобы составляются нами адвокатами, это еще снижает авторитет адвокатуры.
Грубость, нескрываемая предвзятость, демонстрация пренебрежения законами, неуважение к одной из сторон, / часто, к стороне, обратившейся, с иском, как же создал лишнюю работу/, и особенно к адвокатам, превратились в неотъемлемую часть нынешнего правосудия.
К высказываниям судей: «адвокат не защищает вас, а отрабатывает гонорар», «сядьте, я не давал вам слово», «я отвожу ваш вопрос», «отклоняю ходатайство», «объявляю вам замечание», «привлеку вас к уголовной ответственности», начинаешь привыкать.
Общеизвестно, что эффективная судебная система это та система, в которой существует эффективная система адвокатуры.
И именно адвокаты призваны выполнять конституционные права граждан на эффективную правовую помощь, в том числе и в их праве на справедливую
судебную защиту.
Именно адвокатам, больше чем, кому-либо, приходится сталкиваться с вопиющими нарушениями, допускаемыми судьями.
И именно предлагаемые адвокатами меры позволят искоренить, искаженное, понимание правосудия лицами, назначаемыми на должность судей.
Однако, судебная практика, исследователями изучается в отрыве от адвокатской практики.
Распространенное мнение, что адвокаты отрабатывают гонорар, а не принимают участие при осуществлении правосудия, также отражается не только на авторитете адвокатуры, но и судебной власти.
Хороший адвокат в процессе это 90 % гарантии правильного решения. Но это может понять только профессиональный судья, а не дилетант который не может понимать профессионала.
Судьи приносят присягу, торжественно клянутся честно и добросовестно исполнять свои обязанности, осуществлять правосудие, подчиняясь только закону, быть беспристрастными и справедливыми, как велят долг судьи и совесть.
Облачившись в мантии, лица, назначенные на должность судьи, призванные осуществлять Государственные задачи отправления правосудия забывают о присяге, тем больше, чем больше их независимость.
Люди теряют веру в правосудие, упрекают в этом Государство.
Выполняются Федеральные программы развития судебной системы России и на 2002-2006 и на 2007-2011 годы об улучшении материально технической базы судебной системы.
Заработная плата судей соответствует их задачам и уровню.
А недовольство работой судей достигло высшего предела.
Выводы исследователей сводятся к перечислению недостатков судебной системы и судей.
Для устранения недостатков, предлагают принять меры для укрепления независимости судей, не задумываясь, о том, что именно в неограниченной независимости кроется причина безответственности.
Известно, что безответственность порождает нарушение законов не только со стороны обычных граждан, но и со стороны судебных деятелей.
Судьи, независимость свою стали понимать, как независимость не только от законодательной и исполнительной власти, но и как независимость от ответ-ственности за принимаемые ими решения.
Принимаемые меры к улучшению судебной системы, путем создания условий для независимости судей, превратили их в особую касту, касту судей.
А какие надежды возлагали мы на суды: Слава богу, судьи независимы, добились наконец, разделения властей на законодательную, исполнительную и судебную.
Стремление создать независимую судебную систему вылилось в независи-мость судей и от законов, которых обязаны, соблюдать и от назначения судебной системы восстановить нарушенные права и свободы граждан.
Квалификационные коллегии действуют на принципе "нет уз святее товари-щества" по известной фразе Гоголя»,
/из отчетного доклада Высшей Квалификационной коллегии судей на Всерос-сийском съезде, который, состоялся 2. 12.08 года, докладчик Кузнецов В.В./
Понимают ведь, что именно действия из принципов товарищества, сос-тавляют признак корпоративных интересов судей, а не интересов правосудия.
В результате недоверия судам многие пытаются решить свои проблемы, не обращаясь в суды, найти знакомых, родственников в целях оказания влияния на тех, от которых зависит решение их проблем и дать им взятку. И это также
порождает коррупцию.
Со времен Екатерины П., решаются вопросы усовершенствования судебной
системы.
В сочинении "Несколько вопросов, могущих возбудить в умных людях особливое внимание", на вопрос писателя Екатерине П., о безнравствен-ности власти, Екатерина П., отвечает: «закон, и суд, не выполняет своего назначения». /Опубликовано в 1883 году/.
Лучшие умы России беспокоились состоянием Российской Юстиции, отме-чая, такие недостатки как взяточничество, волокита, невежество и безот-ветственность судей, несправедливый характер выносимых решений.
Ведь именно эти явления влияют на авторитет судебной власти.
В своих произведениях знаменитый русский писатель сатирик Денис Ивано-вич Фонвизин, которого все знают как автора произведения «Недоросль», отмечал:
Невежество и безответственность судей /сколько судей, которые, не имев о делах ясного понятия, порождали на своем роду весьма много мнений, в которых весьма мало мыслей"/ 1883 с 216 «Рассуждения о непременных государственных законах","Лестно ли быть судьей, когда правосудным быть не позволяется» с 233.
"Опыт Российского сословника", 1882 год, о назначении закона в защите прав человека /не действуют законы там, где обиженный притесняется"/ с.142,
деятельность суда и судьи должна быть подзаконной – «судья не властен внимать правоте своей, а повинен следовать правосудию, то есть закону
с. 146»,
Фонвизин отмечал и волокиту в судах /Тяжьбу, начать легко, да окончить трудно"/ с. 146
Наши современники не менее озабочены состоянием судебной системы.
О неэффективности российской судебной системы написаны десятки иссле-дований, сотни статей, миллионы жалоб.
«Уважаемый Владимир Владимирович!
Вы неоднократно заявляли о верховенстве Закона, необходимости искорене-
ния коррупции среди должностных лиц судов и прокуратуры. Отсутствие авторитета судебной власти беспокоит граждан»./Из обращения Красно-дарского общественно политического движения Путину В.В./
Отмечают недостатки и правители и чиновники.
Путин В.В., будучи президентом РФ, неоднократно отмечал в своих послани-ях Федеральному собранию о том, что применение судьями норм права на свое усмотрение подрывает доверие Государству.
Председатель Конституционного суда РФ, Зорькин В.Д., отмечал, что, " у большинства населения не изменилась негативное отношение к судебной системе в целом, люди не верят в суд и продолжают считать, что суд в России не эффективен, не справедлив, либо вообще коррумпирован".
Лукин В.П., уполномоченный по правам человека Российской Федерации, высказал свое мнение, что "люди не верят в справедливость правосудия, не способные восстановить их ущемленные права."
Не желают и граждане, в отношении правосудия, придерживаться муд-рости народной пословицы: «плыви по течению, оно приведет к нужному берегу».
Требуют радикальных изменений не через 100 лет, а сегодня.
Исследователи предлагают:
1. Определить критерии, кого нельзя рекомендовать на судейскую должность, а кого можно.
Предлагают определить психологическую и профессиональную пригодность лиц рекомендуемых назначить на должность судьи.
Исходя из их рекомендаций, на должность судей назначают бывших работ-ников милиции, прокуратуры или изнутри суда, и в очень редких случаях, адвокатов.
Некоторые исследователи полагают, что для занятия должности судьи наличие адвокатского удостоверения, хуже судимости.
Полагаю, что это мнение исходит от судебных деятелей, которые считают что правосудие это они сами, а не их деятельность и адвокаты лишь «меша-ют» им.
2. Предлагают создать процедуры дисциплинарного и уголовного наказания судей, которые выносят, заведомо неправосудные решения, /то есть приго-воры с грубыми нарушениями процедуры/.
Предлагают создать работающую систему подачи гражданами жалоб на такие решения, перестать поощрять на уровне критериев оценки работы судей обвинительные приговоры. Хорошая работа судей не должна оцениваться
количеством обвинительных приговоров.
3. Предлагают, в целях пресечения со стороны судей беспринципной и недобросовестной защиты чести мундира либо круговой поруки, надзорную инстанцию вывести из состава судов уровня субъектов Федерации и сделать их самостоятельными по аналогии с арбитражными судами.
4. Предлагают изменить состав и принципы работы квалификационных коллегий судей.
Предлагают упростить порядок наказания судей /Аркадий Крамарев бывший начальник ГУВД Петербурга, председатель комиссии по правопорядку и законности/
На что, представитель Квалификационной коллегии судей г. Санкт Петер-бурга, возражала, доказывая, что утверждение о тотальной безответствен-ности судей, не подкреплено аналитическими и статистическими данными.
А судьи, полагают, что упрощение порядка привлечения их к ответственности, способствует умалению независимости судей и неизбежно скажется на гражданах, которые будут обращаться в суды за помощью.
«По жалобам на судей, дисциплинарные взыскания в виде предупреждения, объявляются всего 300 судьям ежегодно/ из данных докладов на УП Всероссийском съезде судей 2 декабря 2008 года./
Жалоб на судей, за 4 года в Высшую квалификационную коллегию поступило 34110, а в коллегию субъектов 99196. Количество судей составляет 25 000.
Никто не осуществляет надзор за деятельностью судей. Безответственность судей также порождает коррупцию.
Судебная власть должна быть независимой от исполнительной и законода-тельной власти, но не от проверки их деятельности.
«Подлинное отправление правосудия является основой хорошего правитель-ства», утверждают и политики.
И подлинное правосудие может быть только тогда, когда судья принимает решения в соответствии с законами, а не в соответствии со своими личными амбициями.
Закон и справедливость это единое целое, так как законы издаются, для того чтобы отстоять справедливость и только справедливость делает возможным существование общества.
Каждый случай из судебной практики опубликованный на страницах Бюллетеня Верховного суда Российской Федерации, это не только анализ и обобщение, но и сообщение о грубых нарушениях норм процессуального и материального права допущенных судьями.
Однако, эти же судьи продолжают работать, и они не привлекаются к ответ-
ственности, за принятые неправосудные решения.
В соответствии со ст. 16.п.2 Закона РФ от 26.07.1992 года № 3132-1 " О статусе судей в Российской Федерации", /в редакции от 24.06.07 года/, судья не может быть привлечен к ответственности за выраженное им при осущест-влении правосудия мнение и принятое судом решение, если не будет установ-лена виновность судьи в преступном злоупотреблении либо вынесении заве-домо неправосудного приговора, решения или иного судебного акта.
Степень допущенных ими нарушений норм процессуального и материального
права, а также нанесенный этим ущерб интересам граждан и государству не
проверяется.
Некоторые нормы в УПК и ГПК, препятствуют судьям объективно принимать решения, что также порождает коррупцию.
Например: ст. 16 ч.1 п.3 и 19 ГПК РФ, а также ст.61 ч. 2, ст.65 ч 4 УПК РФ. Заявления об отводе судье, рассматривающий дело единолично, он рассматри-вает сам.
Судья не может признать себя необъективным, и не обязан, так как согласно ст. 51 Конституции, он вправе не свидетельствовать против себя.
Необъективность судьи противоречит его статусу.
На практике, как правило, судья, заявления о недоверии ему по иным основа-ниям вызывающим сомнения в его необъективности отклоняет.
Решение судьи об отклонении отвода также не подлежит обжалованию.
Не подлежит обжалованию и отказ в удовлетворении замечаний на протокол судебного заседания, что немаловажно для правосудия.
На моей практике были случаи, когда мои замечания на протокол судебного заседания были подтверждены свидетелями, присутствующими в зале судебного заседания, однако замечания на протокол судебного заседания судьей не были удостоверены, а кассационная инстанция оставила без внимания.
Мнение граждан о недоступности правосудия, складывается не только
из усложненных процедур обращения в суд с иском, но и из поведения судей
и принимаемых ими решений.
А сокращенные сроки обжалования как в кассационном так и в надзорном порядке принятых решений вовсе недопустимы в условиях объявления борьбы с коррупцией.
Если мы стремимся приблизиться к международным стандартам, то это стремление в первую очередь должно быть направлено к усовершенство-ванию судебной системы снизу до верху, в том числе и подготовки кадров
на должность судьи. И особенно необходимо определить четкие критерии
ответственности судей за принимаемые ими решения.
Искоренить коррупцию возможно лишь путем усовершенствования судебной системы.
Только правосудные решения судов остановят коррупционеров.
Зная, что незаконные действия могут быть легко обжалованы в суд и суд примет законное решение, ни один из чиновников не посмеет нарушить права и свободы граждан. Зная, что за неправосудные решения судья будет привлечен к ответственности, каждый из судей подумает, прежде чем вынести решение не соответствующее закону.
А усовершенствование судебной системы невозможно без отмены норм препятствующих правосудию.
14 октября 2009 года Черкесова Гульбарият Бекеевна
Адвокат адвокатского кабинета «Фемида»
Дагестанской палаты адвокатов,
проживающая в г. Южносухокумске
по ул. Ленина 10 «А» кв. 3
Контактный телефон: 892827651, — Барият (02 Декабря, 19:55)
— А давайте теперь судебными исками Медведева помучаем. У него тож наверное много нерассмотренных заявлений. А чего. На людей посмотришь. Себя покажешь. — Reti (02 Апреля, 15:32)
— Дрон. Да пиарится твой Гаджиев, — Reti (02 Апреля, 10:10)
— Удивительно, что нашей системе еще находятся такие смелые люди. Лебедев же Гаджиева в порошок сотрет. — Дрон (01 Апреля, 16:22)